Солнышкам пора домой

У меня двое детей – старший сын Женя, шебутной двухлетний местами послушный малыш, обаятельный и смышленый парень, и младшая дочь Сашенька, солнечная во всех смыслах девица полутора лет. Моя любовь к ним безграничная, невыразимая и абсолютно неделимая – ни поровну, ни в каких-то других пропорциях, потому что, в моем понимании, любовь не делится, а только приумножается с появлением все новых объектов любви. Больше детей – и любви больше, каждому!

Солнышкам пора домой

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

И вот вопрос, отчего тогда, при полнейшем равенстве детей в моей душевной системе координат, больше внимания в статьях блога приемной мамы отдается постоянно Жене? Разве Сашенька менее интересна, мне нечего сказать о ней? А вот нет. Причина совсем в другом – просто пишу я, зачастую, о проблемах, трудностях. С Сашенькой, вопреки расхожему мнению, их меньше.

- Но как же,- недоуменно спросите Вы, - разве она не ребенок с особыми потребностями, разве ей не нужно больше внимания?

Все правильно, нужно, даже необходимо. Но требует она внимания намного меньше. Не умеет активно требовать, в силу темперамента, да и в силу синдрома Дауна тоже. Эти детки пассивны и постоянно нуждаются в том, чтобы их стимулировали, подталкивали к развитию, давали мотивацию, заинтересовывали. В противном случае они просто замирают, становятся тихими и апатичными с потухшим взором малышами.

Когда мы нашли Сашеньку, она была как раз такой. Мне самой трудно в это поверить, но на фотографиях первых дней дома отчетливо видно, что ее личико практически не имеет выражения, взгляд рассеянный, она не смотрит в глаза, почти не улыбается. Первое время она подолгу лежала на спине, разглядывая собственную ручку, и не проявляла ни малейшего интереса ни к окружающей обстановке, ни к людям. Такая вот милая кукляшка, мягонькая, слабенькая и абсолютно покорная.

Понятно, что она просто не могла испытывать страх, агрессию в той же мере, в какой эти эмоции бывают присущи обычным детям в подобной ситуации. Адаптации практически не было. К моменту, когда Сашульку удалось вывести, вернее, вытащить из ступора, единственным взрослым человеком, постоянно присутствующим в ее жизни, была я. Все получилось очень плавно, мягко и закономерно. Помните, как в мультфильме «Волк и теленок» Теленок принял Волка за маму только потому, что тот оказался рядом? Она начала различать лица и сразу же выделила самое близкое и дорогое для себя лицо – мое. Я стала мамой без внутреннего сопротивления и ломки в душе моей доченьки.

После пережитого жесткого периода конфликтов в адаптации с Женей, я была просто поражена тому, как естественно и гладко все происходило с Сашей. К тому же, я не так сильно уставала, ведь мое солнышко вполне давала мне передохнуть. Я могла спокойно заниматься домашними делами, пока она лежала на спине и играла с собственной ручкой. Никаких криков, плача, никакого недовольства.

Солнышкам пора домой

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

Мало того, в моем случае, Саша привлекала к себе и внимание Женька, который вскоре научился играть с Сашей – например, демонстрировать ей свои игрушки, причесывать ее игрушечной расческой или копировать ее движения. Потом Сашенька, конечно же, стала принимать более деятельное участие в игре, но сперва и просто ее присутствия было достаточно. Сработал, видимо, эффект новизны, сын очень живо интересовался сестрой. В итоге, оба карапуза занимались друг с другом, освобождая для меня время на другие дела.

Вероятно, в ситуации адаптации, когда оба ребенка не имеют ментальных отклонений, возможны дополнительные сложности, связанные с выяснением отношений между детьми, ревностью. Но пассивность Саши, ее «заторможенность» начисто сгладили этот момент. Женя запросто забирал из рук Саши игрушки, давал ей новые, а она не успевала расстроиться и оказать сопротивление. Растерянная и озадаченная, малышка напрягала все силы, чтобы понять, что задумал этот суетливый неугомон, и, когда осознавала, что понесла какие-то потери, брат уже успевал наиграться игрушкой, отнятой у сестры, и просто возвращает ее без боя. Со стороны весь этот процесс выглядел очень забавно. До сих пор у нас не случилось ни одной крупной ссоры между детьми, и уж тем более драки, хотя, именно благодаря наличию шебутного братца, Сашуля очень продвинулась в умении защищать свои границы и все чаще не дает ему спуска.

С самого начала меня поразила ласковость и нежность моей девочки. Если Женя, в следствии депривации и травмы привязанности, очень долго убегал от тактильного контакта, выкарабкивался из объятий и не жаловал поцелуев, то Сашенька сполна дала мне возможность излить на нее всю мою любовь. Очень чувствительные, ласковые, детки с синдромом Дауна словно ручные котята, готовы сутки напролет проводить у мамы на ручках, охотно вовлекаясь в обмен нежностями.

Гладенькая, пухленькая, беленькая девчулька, непривычно мягонькая из-за пониженного тонуса мышц, тут же получила в семье прозвище Ватрушка, благодаря своим формам и «плюшевого» нрава. Такого прилива нежности я не испытывала ни к одному живому существу на свете, вероятно и потому, что к нежности всегда примешивалась жалость, сострадание к ее беспомощности и слабости.

Как бы то ни было, я, муж и Женя не упускаем отныне ни малейшей возможности расцеловать и обнять нашу любимую девочку, и она всегда отвечала каждому полнейшей взаимностью. Даже Женина агрессия со временем начала растворяться в этом океане любви и ласки. Мой колючий ежик, еще недавно впадавший временами в агрессию, удивлял меня все больше и больше. Например, у него появилась привычка будить сестренку по утрам поцелуями и объяснениями в любви. Мне кажется, все мы стали чуть более ласковыми, и чаще выражаем друг другу свои самые сокровенные чувства.

Солнышкам пора домой

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

Получив так необходимую ей порцию любви и внимания, наша крошечка в буквальном смысле слова расцвела, словно внутри ее зажглась маленькая лампочка. Прошло совсем немного времени с момента ее приезда домой, когда, одна за другой, маленькие победы начали сменять друг друга. Сперва, спустя примерно месяц, Сашенька поползла – на животике, как боец-лазутчик. Нашей общей радости не было предела! Потом, почти сразу, она научилась вставать на четвереньки и подолгу раскачиваться вперед-назад, сопровождая это действо уморительными трелями. Затем она научилась сидеть, если я помогала ей сесть, подтягивая за ручки, и очень быстро стала садиться сама.

Для меня самым трогательным стал момент, когда доченька у меня на глазах впервые сама встала на ножки. Это случилось во время тихого часа - малышка просто проснулась и встала, цепляясь ручками за бортики кровати. Я потеряла дар речи от счастья и по-настоящему разрыдалась. И сейчас плачу, вспоминая в деталях тот эпизод. Сашенька научила нас радоваться простым маленьким достижениям, ценить их и, стремясь к большему, довольствоваться малым.

Конечно, когда мы с мужем решились принять в семью малыша с синдромом Дауна, мы и знать не знали о том, какие бонусы сулит нам наш выбор. Скорее, мы ждали трудностей, готовились к ним. Когда выбирали Женю, я обратила внимание, что больше половины деток в базе младшего возраста – с трисомией. Почему их так много? Почему от них отказываются мамы? Что с ними не так?

Непривычная внешность и полное неведение остановили нас в тот момент от порыва немедленно взять в семью солнечного ребенка, к тому же, был Женечка. Мы уехали, а детишки остались. И мои мысли все крутились, крутились вокруг их судеб, меня по-прежнему мучил вопрос «почему». Я и сейчас не нашла ответа. Неведение, страх. Непривычная внешность. Больше в голову ничего не приходит.

Первое время думать о ком-то, помимо сына и наших с ним отношений, было просто невозможно. Когда кризисный период адаптации пошел на спад, мысль о детях с синдромом Дауна вернулась. Я стала собирать информацию об этом диагнозе, попутно наводя справки об опыте усыновления таких детишек. Сразу же наткнулась в интернете на страницу Ольги Черновой, на ютубе нашла ролик о солнечной семье Александровых. Это удивительно, но читая их посты и просматривая видео, я ловила себя на мысли, что вижу в этих мамах себя. У меня те же точно суждения по многим вопросам, те же приоритеты, ориентиры. И то же непонимание – ну как можно отвергать ребенка из-за синдрома Дауна?

Чем больше информации я получала, тем больше крепла во мне уверенность, что именно для нашей семьи солнечный малыш будет большим счастьем, а мы, в свою очередь, сможем полюбить его и помочь ему стать успешным и счастливым. Страх того, что мы не справимся, сменился другим, более реальным – что мы можем просто не выиграть суд из-за маленькой квартиры, что нам не дадут забрать ребенка.

Солнышкам пора домой

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

Муж с самого начала не возражал против ребенка с лишней хромосомой. Он просто не видел в этом проблемы, искренне. И до сих пор не видит, считая Сашульку совершенно обыкновенной девочкой. Так, в апреле прошлого года, мы заново стали собирать документы на усыновление. Параллельно я стала пролистывать базу детей сирот по Нижегородской области. К слову, выбор солнечных детей был огромный.

Выбор

«Выбор ребенка» - это словосочетание мне режет слух. Что-то есть в этом выборе уничижительное по отношению к самим деткам. Может быть, я не права, и это только мое личное ощущение. Но факт есть факт, если цель потенциальных родителей - новорожденная здоровенькая блондинка со славянской внешностью, то им предстоит долгое ожидание (года два, как нам сказали в опеке), и после будет один единственный ребеночек, подходящий под все требования соискателей.

В нашем случае, множество раскосых пар глаз смотрели мне в душу с экрана монитора, и я могла выбрать только одного, отказав всем остальным. Так выглядел наш процесс выбора. Муж был солидарен с любым моим решением заранее, его формула: «есть ребенок – бери и люби», подразумевала, что нет такого ребенка, которого бы он не смог принять. Так и вышло.

Уже тогда, в апреле, читая анкеты детей, всматриваясь в их фото, я поняла, что внешность при синдроме Дауна может быть очень разной. Они вовсе не такие «одинаковые», как принято считать. Встречались солнышки удивительной красоты, были и невзрачные, и обычные, и интересные, и забавные – всякие! Но когда я открыла анкету Саши, сердце буквально сжалось. Она была прехорошенькая, такая нежная девочка с чудесными серыми глазами, но я понимала, что расщелина губы в комплекте с синдромом Дауна очень сильно снижала ее шансы попасть в семью. Выбирают, чего греха таить, глазами. Удивительно, но мне ее внешность, даже пусть с расщелиной, очень понравилась. Я прониклась, как-то сразу приняла ее, просто влюбилась с первого взгляда!

С трепетом внутри показала анкету мужу. Он улыбнулся, кивнул – берем! Я счастливо выдохнула.

И было знакомство, и был суд. Восьмого июня прошлого года Сашенька Мишкина приехала домой.

Сейчас, когда, помимо дочери, в нашем кругу общения есть много ребят разного возраста с лишней хромосомой, я окончательно убедилась, что такой ребенок – не проблема, не расплата за грехи и не кара Божья. Теперь это уже не только мой личный опыт. Я вижу почти каждый день довольных своей жизнью, вполне счастливых и успешных родителей; смышленых, симпатичных и обаятельны ребят – да, не таких как все, правда. Но то, с чего я начала эту статью, те особенности солнечных детей, присущие в той или иной степени всем деткам с синдромом Дауна, могут сыграть и положительную роль в вашей жизни. Так же, как это было в моей.

Очень сложно найти грань между откровенностью и циничностью, простите пожалуйста, если какое-то из моих суждений покажется резким и грубым, но, приняв решение взять в семью ребенка с синдромом Дауна, вы во многом выигрываете:

• Вы можете выбрать внешность, пол, возраст и характер ребенка, просто потому, что детей с трисомией среди сирот очень много;

• Вам не нужно стоять в очереди годами, чтобы испытать счастье быть родителями и дать семью малышу;

• Неизбежный период адаптации и конфликтов, вероятно, пройдет намного спокойнее и мягче, чем с обычным ребенком;

• Благодаря своей повышенной эмпатии, способности устанавливать контакт и приспосабливаться, что является отличительной чертой людей с синдромом Дауна, ваш новый член семьи быстро сможет влиться в любой коллектив, стать его частью – естественно и органично;

• Солнечные детки, в большинстве своем, более спокойные и нетребовательные, маме с ними, зачастую, справляться намного легче;

• Они очень ласковые и нежные, стремятся проявлять свою любовь и симпатию, и с возрастом это не проходит. Редкий парнишка 10-12 лет даст маме обнять и поцеловать себя, а солнечные люди, в большинстве своем, всегда готовы распахнуть объятия.

• Они довольно просто переключаются, не копят негатив, прощают обиды;

• Попадая в семью, солнечный малыш раскрывает свой потенциал в полной мере, удивляя и поражая родителей и окружающих. Это очень часто талантливые, одаренные дети, которым нужно дать лишь капельку любви и заботы.

В казенных учреждениях, при отсутствии близкого взрослого, детки с синдромом Дауна особенно отстают в развитии, ведь у них изначально немного снижена мотивация, они пассивны.

Солнышкам пора домой

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

Сотрудники детских домов и сами не особенно стремятся развивать и адаптировать солнечных подопечных – это самые удобные и тихие дети, нетребовательные, неактивные. Эта ситуация просто катастрофична для деток с синдромом Дауна. Практически все они обречены переходить из одного учреждения в другое, и заканчивают свои дни в ПНИ. Такая трагичная, страшная судьба.

  • Солнышки хотят домой. Их потребность в любви, семье даже больше, чем у обычных детей, ведь для них это единственный шанс выжить, развиться, реализоваться и не погибнуть узником в системе. Открытые, искренние, ласковые, они обязательно будут любить своих родителей, своих родных безусловной, чистой любовью.
  • Одно их присутствие меняет атмосферу в семье, это прекрасная прививка принятия, терпения, любви. Я уверена, что Женя приобрел очень много, когда в нашей жизни появилась Сашенька.
  • Вероятно, кто-то все же не поймет, не примет ваш выбор. Так что ж – в добрый путь! Поверьте, расставаясь с некоторыми людьми в жизни, мы скорее приобретаем, нежели теряем. Они уходят, освобождая место тем, кто действительно сможет стать близким.
  • Задумываясь о туманном будущем, я не испытываю опасений относительно Сашиной судьбы – здесь я исполнена оптимизма. Сегодня люди с синдромом Дауна могут реализоваться во многих сферах – в работе, спорте, музыке, творчестве, танцах. И пусть пока в нашей стране с этим все печальнее, чем в Европе или Америке, но тенденции очень позитивные, и их, во многом, задаем мы сами – родители особенных детей;
  • И, в завершении, самый меркантильный момент. Долго думала, стоит ли писать об этом, ведь понятно, что не эта мысль руководила мной, когда мы решили взять Сашу. Но, тем не менее...

Дети вырастают и покидают родителей, вступая в свою собственную независимую жизнь. Очень часто я вижу одиноких пожилых родителей, рядом с которыми нет их детей – по разным причинам. У Сашеньки, я не сомневаюсь ни секунды, тоже будет собственная жизнь, полноценная, с важными делами, успехами, и, я очень надеюсь и верю, она будет счастлива в своей собственной семье. И все же, я уверена, и так мне подсказывает сердце, что пока у меня есть Саша, я никогда не буду одинокой.

Эта девочка всегда будет со мной, будет моей маленькой любимой крошкой. И если мне захочется вдруг пить на исходе моих дней, пресловутый стакан воды мне подаст моя Саша.

Татьяна МишкинаМножество раскосых глаз смотрят с экрана монитора – в домах малютки и детских домах томятся маленькие узники. Каждый день они теряют еще один шанс на дальнейшую счастливую и успешную жизнь, ведь чем старше солнечные детки, тем сложнее им развиваться, адаптироваться. Они заложники системы и нашего равнодушия.

Вглядитесь в эти раскосые глаза – возможно в одном из этих малышей вы найдете свое счастье и свой смысл. Они достойны счастливой жизни, семьи, любви. Знаете, что написано в этом взгляде? Солнышки хотят домой! Мамочка, где ты?

Татьяна Мишкина

Фото из личного архива Татьяны Мишкиной

Понравилось? Поделись с друзьями!