Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»

Технологии должны помочь детям, которые изолированы от детского сообщества условиями надомного обучения.

Человеку непосвящённому кажется, что для детей с ограниченными возможностями здоровья технологии дистанционного обучения – возможность усовершенствовать надомное образование. Но практика показывает, что эти технологии ещё и способствуют интеграции в социум школы детей, которые раньше были бы вынуждены заниматься только дома. В ГБОУ «Центр Динамика» №616 Адмиралтейского района Санкт-Петербурга оборудованы специальные классы, в которых каждый ученик находится в отдельном боксе – для детей, не способных учиться в коллективе, но приезжающих в школу. Рассказывает кандидат психологических наук, заместитель директора школы «Динамика» по опытно-экспериментальной работе Людмила Никитина:

Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»
Фото: dinamika616.ru

- В этом году будет уже 10 лет, как мы занимаемся дистанционным обучением. Каждый год у нас по этой модели занимается 100 детей или чуть меньше. Из них 5-6 человек совсем не могут посещать школу по состоянию здоровья временно или постоянно. У нас в России существует традиционная модель надомного обучения – когда учителя приходят к детям по месту жительства. Но с появлением дистанционных технологий было решено, что эти технологии должны помочь детям, которые изолированы от детского сообщества условиями надомного обучения.

Исходя из нашего опыта работы с этими детьми, мы решили, что им для развития коммуникативных навыков нужно и личное общение с другими детьми и взрослыми, а не только с учителем и родителями. При обычном дистанционном обучении учитель работает только удалённо, очно у ученика принимаются только итоговые результаты. Но для детей, ограниченных в общении, это, вероятно, даже хуже, нежели, когда учитель приходит на дом. Любое образование – это не только обучение тем или иным дисциплинам, но и человеческое общение. Образовательное учреждение – первый социальный институт, в котором дети учатся взаимодействовать, подчиняться каким-то правилам и так далее.

Неплохо, когда в среднем 2-3 раза в неделю дети приезжают к нам. Помимо учебных часов, школа предоставляет им возможность посетить психолога, логопеда, посетить занятия по адаптивной физкультуре. Здесь они бывают в разном детском сообществе. Для тех, кто у нас находится на дистанционном обучении, составлен специальный учебный план и установлен специальный режим. Потому, что это дети, которые не могут учиться в общем режиме по состоянию здоровья.

- Есть ли дети, для которых всё же предпочтительно обучаться только на дому? Или это всегда вынужденная мера?

- Это вынужденная ситуация, связанная с состоянием здоровья ребёнка и возможностью создать для него те или иные условия. Есть дети, которые по состоянию здоровья не могут покидать дом или лечебное учреждение. Но при этом бывает, что не получается доставить ребёнка в школу не потому, что он не может быть в коллективе, а, например, из-за проблем с транспортом. Эту проблему наша школа решает. У нас учатся дети из разных районов города, они приезжают и уезжают на специальных автобусах – на сегодняшний день это 13 маршрутов. Надо сказать, что в Санкт-Петербурге сейчас достаточно хорошо работает социальное такси, которое помогает детям и их родителям добраться до определённых мест. При наличии применяемых в образовании дистанционных технологий у родителей возникает возможность выбора. Когда традиционная форма надомного обучения не удовлетворяет родителей потому, что они считают качество такого образования невысоким, то дистанционные технологии могут поднять качество на порядок, ведь ребёнок научается пользоваться интерактивными ресурсами.

Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»
Фото: dinamika616.ru

- Когда вы разработали вашу модель дистанционного обучения, много ли оказалось детей, про которых раньше думали, что они способны учиться только дома, а оказалось, что они могут и бывать в школе?

- Да. Но каждый ребёнок, каждая семья требует индивидуального подхода. Потому, что в каждой семье ставятся определённые задачи перед школой, которые иногда соответствуют возможностям и образовательным потребностям ребёнка, иногда не соответствуют. Но есть опыт, когда дети с надомного обучения постепенно переходят на обычный очный режим. И могу сказать, что в целом дети, которые учатся по нашей дистанционной модели, выглядят лучше тех, что остаются в традиционной надомной модели. С другой стороны, родители, сопровождающие детей или помогающие им в удалённом варианте общаться с учителем, всегда в курсе того, что происходит – чему ребёнок учится, какие у него достижения, какие трудности и перспективы.

- Можно ли сказать, что при наличии технологий и других возможностей было бы хорошо, если бы каждый ребёнок, вне зависимости от состояния его здоровья, так или иначе бывал бы в учебном заведении?

- Это, безусловно, так. Но на сегодняшний день, исходя из имеющегося опыта, мы смотрим несколько шире и понимаем, что детям, которые обучаются в обычном режиме и ходят в школу каждый день, эти дистанционные технологии тоже нужны. И мы их используем. Ведь очень удобно в любое время зайти на сайт, выполнить домашнее задание, педагог может это увидеть, родители могут проследить.

- Как вы организовываете процесс обучения ребёнка, которому нужны дистанционные технологии?

- Есть регламент поступления ребёнка в школу. Дистанционное обучение – это щадящий режим, врачи рекомендуют его ребёнку только на один учебный год, а потом при необходимости продлевают. Так делается потому, что за год ребёнок может дорасти, «дозреть» и до обычного очного обучения, а также потому, что некоторым детям по состоянию здоровья дистанционный режим показан временно, например, на время реабилитации после оперативного лечения. Есть список заболеваний, при которых надомное (и, соответственно, дистанционное) обучение показано, это определяются врачами. Для того, чтобы ребёнку были созданы подходящие условия обучения, родителям нужно обратиться в медико-психолого-педагогическую комиссию, которая подберёт для него адаптивную программу и пропишет условия, необходимые для обучения по этой программе. Правда, по закону рекомендации этой комиссии не являются для родителей обязательными. Выбор образовательного учреждения – это дело родителей. Также разработаны механизмы перехода с одного варианта адаптированной программы на другой, механизмы изменения условий.

Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»
Фото: dinamika616.ru

- Какие на сегодняшний день главные проблемы в сфере дистанционного обучения детей с ОВЗ?

- Есть индивидуальные технические сложности – например, у кого-то не очень быстрый интернет. Все учебные программы представлены в интерактивной образовательной среде на портале Санкт- Петербургского Регионального Центра оценки качества образования и информационных технологий, любой учитель города может ими воспользоваться. У учителей возникают претензии к качеству некоторых курсов и функций по работе с курсами, но работы по улучшению ведутся, мы надеемся, что этот ресурс можно будет использовать в полном объёме.

Основные проблемы, которые я вижу, несколько иные. Вот, например, МППК, рекомендующие надомное обучение, порой недостаточно информируют родителей, не всегда указывают, что этим детям рекомендуется и использование дистанционных технологий – только потому, что ряд заболеваний не предполагает нахождение более 5 минут перед экраном. Или вопрос о количестве учебных часов – некоторые родители думают, что если их ребёнок занимается индивидуально, то ему нужно такое же большое количество часов, которые получает ребёнок на очном режиме. С одной стороны, в документах указано, что это количество часов может предоставляться учреждением. Но на самом деле, в каждом индивидуальном случае оно должно быть регламентировано заключением врачей – сколько времени в неделю этот ребёнок может реально с отдачей учиться, а не просто просиживать около монитора или даже в школе. Желание родителей нам понятно – они хотят ничего не упустить, но в результате они требуют для своего ребёнка нагрузок, которые ему не по силам. Но вообще более-менее точно определить возможности ребёнка к обучению можно только в динамике – когда он начинает учиться. Есть случаи, когда родители просят у врачей дать их ребёнку возможность надомного обучения, чтобы облегчить себе жизнь – чтобы меньше нужно было ребёнка куда-то возить и так далее. Но в таких ситуациях возникают вопросы, связанные с психологическим климатом в семье.

Есть ещё одна проблема: до сих пор в законодательных актах нет чёткости – кто может учиться дистанционно и как. Мы пользуемся определённой схемой, которая позволяет предлагать дистанционный вариант детям, которым рекомендовано надомное обучение. Но ведь это далеко не все дети, которым такой вариант нужен. То же надомное обучение предлагается детям, чьи заболевания входят в определённый официальный перечень, который неполон. Хотелось бы также, чтобы дистанционные технологии применялись для детей, находящихся в трудной образовательной ситуации, как дополнительные, и использовались обычными педагогами.

- Вот человек окончил школу, обучаясь дистанционно. А что дальше? Какие у него перспективы?

- Сейчас в Санкт-Петербурге дело обстоит гораздо лучше, чем даже 5 лет назад. Например, я участвую в проекте, который касается молодых людей с различными нарушениями, окончивших общеобразовательную школу и обучающихся в различных Вузах города. Государство предоставляет им льготы при поступлении в ВУЗ. Эти льготы были и раньше, но учиться такие молодые люди могли не всегда потому, что никто не собирался создавать для них специальные условия. В последние годы ситуация меняется к лучшему. А совсем недавно специалисты РГПУ имени Герцена провели некоторое количество лекций для преподавателей ВУЗов о подходе к людям с инвалидностью, о законодательстве, о том, какие нужны условия. И надо отдать должное преподавателям ВУЗов – они с большой ответственностью подошли к делу, 200 человек эти лекции прослушали. Мы говорили о том, например, где допустимо сделать послабление плохо говорящему человеку и позволить ему пользоваться специальными коммуникативными средствами, а где рассмотреть и иждивенческую позицию.

Если говорить о нашей категории школ, то к нам заранее приходят представители различных профессионально-технических училищ, встречаются с учениками и их родителями. И довольно много наших выпускников в эти училища поступает. В том числе, есть и училища для людей с нарушениями интеллекта. Так что работа ведётся, просто её недостаточно. Тут ещё вот какой нюанс: до совершеннолетия все дети-инвалиды по закону считаются инвалидами детства – без разделений на группы, а группы присваиваются в зависимости от степени тяжести уже взрослым инвалидам. И вот эти группы иногда накладывают ограничения на возможность учиться и работать. Но многое зависит от инициативы родителей и самого выпускника.

Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»
Фото: dinamika616.ru

- Бывает, что родители ребёнка с тяжёлыми нарушениями развития, у которого проблемы с коммуникацией, считают, что ему и не нужно общение – он ведь не выказывает явного желания общаться, сидит дома и в целом как будто вполне доволен жизнью.

- Это большая проблема. К сожалению, некоторые родители теряют надежду, тяжело переживают состояние ребёнка и не стремятся обеспечить ему условия для общения, иногда даже наоборот, стараются замкнуться в своей семье. Так происходит от неприятия ребёнка со всеми его качествами. Хотя нельзя сказать, что такие родители ребёнка не любят, просто у них вот такая своеобразная любовь, сопряжённая с внутренним неприятием. И потому специальные центры развития для особенно тяжёлых детей очень нужны. Сейчас есть государственная политика по отношению к этим детям. И новый стандарт, который действует с сентября 2016 года, прописан для разных категорий детей. В настоящее время термин «необучаемый» официально отменён. Только встают вопросы, чему учить, как, как найти консенсус с родителями, от которых тоже требуется определённое участие, желание куда-то вывезти ребёнка, куда-то устроить. Есть в каждом районе города центры реабилитации, но это не образовательные учреждения. Вообще же для ребёнка с множественными тяжёлыми нарушениями, как и для любого другого, важно личностное развитие – чтобы человек не боялся окружающего мира, он должен этот мир увидеть.

- Много ли по имеющимся у вас сведениям детей, имеющих тяжёлые нарушения, родители которых вообще никуда не обращались, и, соответственно, эти дети никогда не числились ни в одном учебном заведении?

- Думаю, что немного. Медицинскую помощь такие дети получают – это неизбежно. А медицинские учреждения рекомендуют и дошкольное образование, и школьное. Есть категория родителей, которые обращаются в МППК с опозданием – когда ребёнку не 7, а 8 или 9 лет, например. За достаточно длительный период моей работы я видела несколько случаев, когда дети вообще нигде не учились. Наверно, это можно назвать безответственным поведением родителей по отношению к своему ребёнку. И это нарушение закона об образовании.

- Часто ли случается в Вашей практике, что, занимаясь со специалистом, ребёнок показывает лучшие результаты, чем при занятиях с родителем, который пытался его научить тому же? Вот есть расхожая фраза: «Мать лучше всех знает своего ребёнка», из которой делается вывод, что мать лучше знает, как лечить, учить и так далее.

- Если это квалифицированный специалист, то так бывает практически всегда. Что касается этой фразы, то не все матери – врачи, учителя и так далее. Наверно, люди зачем-то получают специальное образование – затем, чтобы оказывать действительно квалифицированную помощь. А у матери своя социальная роль. Но если я, как мать, хочу выполнять все роли, то меня не хватит. Например, мать ребёнка с какими-то нарушениями развития может быть по специальности инженером. Почему она должна бросать своё дело и заниматься медициной или педагогикой, когда есть люди, которые этим профессиям жизнь посвятили? Когда я была молодым специалистом, были дискуссии как про физиков и лириков – мы собирались с родителями, и они кричали: «Вы не можете нас понять потому, что у вас самих нет больных детей!» И это деструктивная мысль. «Вы не даёте нам и нашим детям мечтать!» Но можно, конечно, мечтать о чём угодно, но мы все имеем определённые ограничения. И каждый из нас успешен тогда, когда нашёл свою нишу, а не когда взялся за что-то заведомо недоступное. Например, человек с нарушением речи, логофобией желает быть диктором на телевидении. Разве это позитивно – говорить ему: «Мечтай, мечтай! Поступай 50 раз в этот ВУЗ!»? Когда вокруг многообразный мир, и ты можешь состояться в самых разных областях.

Дистанционное обучение - «Технологии должны помочь детям»
Фото: dinamika616.ru

Родители должны так воспитать ребёнка, чтобы он в их отсутствие был спокоен и максимально самостоятелен. Тем более, если речь идёт о больном ребёнке – надо постараться научить его хоть как-то объясняться. Вот у нас в школе есть очень интересный парень, у которого очень плохая речь, но он достаточно мотивирован в общении и обучении. В этом году он будет сдавать ЕГЭ. А поступил он в школу с рекомендациями обучать его по программе для детей с умственной отсталостью. Определить его возможности было трудно потому, что у него не было тогда никакой обратной связи. В результате обучения открылись его способности – сейчас он пишет компьютерные программы для неговорящих детей. Но вокруг него было много заинтересованных в нём людей. Я глубоко уважаю его прекрасную мать, но что бы она могла сделать одна? Она сразу с ним, ещё с маленьким пошла искать различные методы коррекции – она к людям пошла, а не сидела с ним дома, приговаривая: «Я лучше всех его знаю». Поэтому надо искать консенсус – как родители должны вести себя разумно и мужественно, так и специалисты должны быть позитивно к родителям настроены, уметь их услышать, давать им выполнять их задачи, а сами – действовать в рамках своей компетенции.

Игорь Лунёв

Понравилось? Поделись с друзьями!